Поездка Парфения Архиепископа Иркутского в Тункинский край в месяце июле 1871 год. Часть 4.

Ночью с 13-го на 14-е июля на гольцах показался снег. 14 числа с утра было очень светло, а потом пасмурно. К Его Высокопреосвященству приходили буряты: одни с изъявлением желания креститься, другие за милостыней. В последние семь лет тункинские буряты от неурожаев и частого наводнения очень обеднели. При виде их нищеты невольно рождается сострадание к их состоянию. Зная милостивое и ласковое обращение архипастыря, буряты смело приходят к нему с своими нуждами и желаниями. Около полудня в Тунке просвещены св. крещением из бурят 4 девушки, 1 женщина и 1 мальчик. Его Высокопреосвященство, после крещения, на всех их надел крестики. Одна из только что крещенных девушек была невестой крещенного бурята, который тут же был и также получил крестик на шею. В 6 часу пополудни пришли еще буряты с детьми, одни просили крестить их, а другие помочь их бедности, на этот раз крещено четверо детей и одна женщина. Всего в этот день миссионером Павлом Грозиным крещено 10 душ. Того же утром явился к Его Высокопреосвященству один ясачный крестьянин о подал прошение о дозволении ему построить часовню на свое иждивение на Голбае (поле около Тунки), где стояла старинная часовня, после развалившаяся. В давнее время к этой часовне ходили с крестным ходом из тункинских церквей для освящения полей. Архипастырь жал желанный ответ.

15-го утром, около 9 часов, Его Высокопреосвященство выехал в Коймар для крещения бурят, и к 5 часам их собралось более 100 душ. Какое разнообразие и в костюмах и убранстве. Здесь были некоторые пожилые женщины бурятки называвшиеся шабангасами, т.е. послушницами, потому что давали обет быть послушницами языческой религии и лучше жить, чем живут прочие буряты. Эти женщины подстригают волосы под гребенку и носят одежду ламскую. Некоторые из женщин носили через плечо красную ленту или пояс – это тахил, т.е. жертва, знак обета не есть падали и вообще не чистой пищи. Дающие этот обед вместе с тахилом получают от лам новое имя, и это называется черное имя – хара-нырин. Шабансаги-послушницы тоже переменяют имя. Некоторые из некрещеных буряток и детей носили на шее хахюгон (охранитель) – род амулета. В этих хахюгонах или маленьких мешочках, даваемых ламами зашиты травы, коренья и записки, на которых ламы записывают некоторые тибетские слова. Девушки имели на голове много кос малых, а женщины две. Те, которые побогаче, носили в косах и на шее серебряные деньги – саган мунгу, а победнее – медные деньги – зэн мунгу. Богатые бурятки носят часто и золотые монеты – алта мунгу, особенно это было в лучшие годы. Мужчины носят одну косу, в которую тоже вплетают серебряные монеты и на конце какую-либо серебряную вещь или шелковую кисть. Но огниво, табак, трубку и нож все носят, и мужчины и женщины. Долго продолжалось приготовление к крещению; записывались бурятские имена каждому, против которого ставилось имя христианское, и записка с эти именем давалась к готовящемуся к крещению, чтобы сохранил ее навсегда и показывал, когда будут его крестить и миропомазывать, чтобы таким образом всякий из крещаемых навсегда усвоил христианское имя. Все это приготовление продолжалось около часа. Миссионеру-священнику Грозину помогал в этом деле миссионер-иеромонах Алексей, приехавший из Шимков в Коймары. Оглашение и само крещение и миропомазанье совершал сам архипастырь с помощью служащих с ним двух священнослужителей и одного диакона. Крещаемым помогали и услуживали жена миссионера о. Павла Грозина и священническая вдова живущая в Тунке, Попова. Крещение и миропомазанье продолжалось почти два часа. Велика была радость для всех здесь присутствовавших. Язычники, не ведущие истинного Бога, с покорностью и верой исповедуют символ православной веры, омываются баней накибытия, облекаются в нового человека о Христе и получают обручение Духа Святого! Одна бурятка крестила в этот день свое дитя. Когда ее спросили: рада ли она, что крещено дитя? Как же! – отвечала она. Теперь в моем доме все дети крещены. Другие из прежде крещенных на подобный вопрос отвечали: по временам мы чувствуем и разумеем в себе какой-то свет. Некоторые из крещенных восклицали: Алдар шамаду Ай мини Бурхан – слава тебе Бог наш! Справедливо ли после этого некоторые говорят, что буряты без всякого сознания принимают христианство, и после крещения остаются такими же язычниками? Только не знающий ближе этих новокрещенных и не следящий за их дальнейшей жизнью может так говорить, а миссионеры, постоянно обращающееся с бурятами, хорошо знают, что, по совершении крещения, крестившиеся сами отделяют себя от некрещеных и умеют содержать новую принятую им веру и исполнять ее требования. Равно и некрещеные иначе уже смотрят на крещенных, чем прежде. Всего 15-го июля крещено Его Высокопреосвященством в Коймарах 104 души. После крещения всем крещенным архипастырь раздал крестики и рубашки; после сего крещенные, по обычаю приглашены были к столу.

16-го июля Его Высокопреосвященство и миссионеры: священник Грозин и иеромонах Алексей, заседатель и другие лица отправились по кайморским улусам для крещения там изъявивших прежде желание креститься. В 12-ть часов дня прибыли в улус Хурэй Хобок – сухой хобок (от реки Хубука). Буряты встретили Его Высокопреосвященство обычным поклоном, а сопутствовавшие буряты здоровались с хозяевами по бурятскому обыкновению. Это приветствие происходит следующим образом. Гость говорит хозяину: мэнду – здравствуйте. Тот отвечает мэнду байн та – сам здоров ли? Гость: мал мэнду байна – здоров ли скот? Если гость путешественник, хозяин спрашивает: харгой хыр амор ябо бат? Т.е. во время пути был ли здоров? Или: улу т-нэ амор ябагу – почтовые лошади здоровы ли? – Сони ю сонирхабайн. Сони юнь байна – не слышно ли чего нового, что нового? Сони юмэ дулахыма — не слышно ничего новенького? Угой-лда – хушэр байна-да – по старому. Буряты скоро стали собираться с разных сторон, — одни, чтобы самим креститься, другие, крещенные, приносили для крещения детей. Некоторые приходили из любопытства. Как совершение таинства, так и ласковое обращение архипастыря с бурятами производит на бурят благотворное действие. Они привыкают смотреть на принятие христианства, как на самое лучшее дело в жизни. Одна девушка пришла креститься из семейства, состоящего из 10 душ, где отец, мать и все прочие – язычники. Эта девушка давно желала креститься и родители нисколько не препятствовали ее желанию. Здесь-то крещено 5 детей родового старосты Шагудр Салдана – 3 мальчика и 3 девочки, вышеозначенная девушка, 2 женщины и 3-е детей; всех крещено 11 душ.

Из Хурай хобона все с Его Преосвященством отправились через лес и реки далее к гольцам на 10 или 15-ть верст к месту, называемому Тагархай (степь оторванная). Отсюда гольцы только в 6 верстах. Прибыли к месту около 3-х часов пополудни, и пока буряты собирались, Его Высокопреосвященство и сопутствующие ему приглашены были в юрту отобедать. Юрта не большого размера, построена многоугольником, по средине сделан очаг и над ним вверху отверстие в юрте для выхода дыма. Прямо дверей, которые всегда устраиваются на юг, для защиты от северного ветра, — к средней стене приставлен жертвенный стол ширэ шахил с четырьмя ступеньками. На первой ступеньке стоят курильницы; на второй – свечи и жертвы. В жертвенных чашечках кладут муку, рожь, какое-то питье и друг. На третьей ступеньке в средине стоит ламский колокольчик с бурханом наверху. По правую сторону колокольчика стоит медный кружок, в средине коего есть выпуклость в виде четырехугольной пирамиды с тремя ступеньками и площадкой на верху. По изъяснению бурят, этот кружок означает землю, а выпуклость – священную гору Сумеру. Эту выпуклость богатые делают из драгоценного камня. Так как эта освященная гора находится будто среди земли, то она заключает в себе центр всего земного бытия. Другой медный кружок, с левой стороны, означает небо. Каждый из этих кружков зовется мандали. На последней ступеньке или площадке стоят картинки бурятских божеств: Саган-угубун – белый старик, Шигэмуни с державой в левой руке. Здесь же висит мех снятый с ушкана (зайца), для того, что, по мнению бурят, в юрте этот мех предохраняет детей от смерти. Правая сторона в юрте считается почетной для гостей, левая сторона хозяйская. У крещенных на правой стороне висят на стенке иконы Спасителя или Богоматери, а более святителя Николая. На жертвенном столике лежит «Дарзук», напечатанный на небольшом платке тибетскими буквами. Дарзук заключает в себе картинку воздушной лошади – Химорин, которая ногами попирает враждебных духов. На лошади лежит хурда – род круглой, цилиндрической, продолговатой машинки, на которой наклеиваются или надписываются, как говорят, разные тибетские молитвы, особенно следующие таинственные слова: «ом-ма-ни-бад-ме-хом». Эти слова считается необходим произносить, как можно чаще. Чтобы избавиться от труда произносить их устами, богатые буряты имеют в юрте означенную хурду. Частое повторение хурды они считаю равным частому произношению означенных таинственных слов. Слова эти или, точнее, шесть этих слов различно толкуют. Иные утверждают, что это начальные слоги шести главных божеств. Другие почему-то переводят их так: «о драгоценность в мовенце!» А некоторые уподобляют их нашему Господи помилуй! Воздушный конь, видно, исполняет обязанность непрестанной и самой сильной молитвы этими словами. Как бы в объяснение этого, буряты устраивают ветреные хурды, которые с ветром обращаются сами собой, вместо хозяев исполняют труд молитвы. Хурда бывает двоякого рода, одна ручная, другая ветреная. В дацане есть еще хурда больших размеров, в которой заключаются священные и служебные книги ламства. Когда хурда раз оборотится, служение уже совершенно. Это делается для сокращения службы. Это сокращение, говорят, происходит следующим способом. При служении ламы разбирают между собой листы молитв, и хотя бы лист начинался с полслова и также оканчивался, все ламы читают только свое, и скоро оканчивают молитвы, которых впрочем, они и не разумеют.

Пока мы рассматривали принадлежности юрты, хозяйка на разведенном огне поставила железный треножник и на нем котелок с водой. Натолкши в деревянной ступке кирпичный чай, хозяйка высыпала его в котелок. Когда чай сварился, хозяйка вычерпала чай лоханью из котелка в деревянную посуду – туесок. В это время другие буряты сидя вокруг очага, курили табак. Не крещенные носили на груди изъяснения и бумажные картинки бурханов или защитные в мешочке амулеты из трав или кореньев, данных ламами. Хозяйка между тем процедила кирпичный чай; затем муку из истолченной в ступке пожаренной ржи смешала с маслом и молоком, развела чаем и посолила. Такое бурятское кушанье называется затураном. Поподчивавши этим кушаньем гостей, хозяйка приготовила новое кушанье, называемое зохой-саламат. Это кушанье можно назвать заварухой. Оно приготовляется так: в чугунную чашу, стоящую на треножнике, кладут сметаны, всыпают в нее ржаной муки или пшеничной, и перемешивают. Через несколько минут зохой для кушанья готов. Но усердная бурятка не ограничилась и этим. Он а подала на стол арсу – кислое молоко, оставшееся после выделки из курунги тарасуна. Курунга – кислое молоко сваренное – род кумыса, и отделяющееся при выделке масла. Тарасун крепкий напиток.

Прошло около двух часов со времени нашего сюда приезда из Тунки, прибыл заседатель и командир. В продолжении этого времени, когда другие обедали и рассматривали юрту, Его Высокопреосвященство с двумя миссионерами приготовляли бурят к крещению, записывали их бурятские и русские имена, выдавали им записки с христианскими именами, потом справлялись с прежними записями своими и записками, данными из думы и затем снова поверяли списки, чтобы не пропустить кого либо. Иные крещеные по просьбе получали крестики, а имеющие креститься, по требованию духовенства, снимали с себя хахюгоны. Во время крещения замечено было, что одно дитя 3-х или 4-х лет, приведенное для крещения, само часто делало поклоны и показывало благоговейный вид. Многие из бурят носили следы бедности. От неурожая многие питаются вместо хлеба кореньями. Таинство крещения совершал миссионер иеромонах Алексей, а священник Павел Грозин заботился, чтобы все принимающие крещение стояли чинно и по порядку приходили к крещению и миропомазанью. На каждого из крещенных Его Высокопреосвященство возлагал крестики, а по совершении таинства раздавал крещенным рубахи. В это время пришел из юрты один юноша и, прося крещения, присовокупил, что он давно желал креститься, но родитель его, уже прежде крещенный, к удивлению всех, запрещал ему креститься. Отец тут же был и на вопрос не представил ничего в объяснение, почему он это делал. Так как сын был совершеннолетний, то никто не мог воспретить креститься, и миссионер-священник Павел Грозин здесь же крестил его к радости сына и к посрамлению врага, препятствовавшего через родителя креститься. Всего в этот день на Тогархае с 2-х до 6 часов крещено 54 души. Его Высокопреосвященство и сопутствовавшие ему в 10-ть часов возвратились в Коймары, на ночлег в дом миссионера-священника Павла Грозина.

17-го июля по дороге из Коймаров в Тунку Его Преосвященство с своими спутниками прибыл на Галбай. Зашли в улус к крещенному буряту. Здесь также хозяйка потчевала прибывших прибывших кирпичным чаем, зохоем-саломатом и курунгой. Причем часто возглашала: Боже хой и крестилась. Так как этот улус ближе к Тунке, то и хозяева во многом подражают русским. И здесь скоро собрались желавшие креститься. В обычном приготовлении крещено 29 душ. По окончании всего раздавши крещенным крестики и рубахи, Его Высокопреосвященство и все его спутники выехали из Галбая в Тунку. Во время проезда все обратили внимание на поставленные вдали от дороги два столба, на столбах положены были доски, а на досках лежали кости. По расспросу оказалось, что это кости шаманской лошади, на которой он ездил. Как шаман, так и его лошадь считаются священными и потому лошади воздается такая честь когда она издохнет, как и шаману хозяина. В Тунку возвратились около 4-х часов пополудни, и как это была суббота, то Его Высокопреосвященство слушал в Покровской церкви всенощную и в день воскресный литургию. После литургии Его Высокопреосвященство благоволил посетить одного именитого купца Тунки.

18-го июля, в воскресный день Его Высокопреосвященство намеревался отправиться для крещения бурят за Иркут, на местность называемую Улан-Горхон (красная река). Эта местность лежит на юго-запад от Тунки к горам идущим по южной стороне параллельно горам Саянских гор, идущих на север вдоль местности коймарской, тагархайской и далее. И эта местность принадлежит к Коймарскому миссионерскому стану наравне с коймарской, хурай-хобокской, тагархайской и галбайской. Миссионер-священник Грозин еще с вечера отправился на Улан-Горхон, чтобы собрать и приготовить желавших креститься. Переночевав у благочестивого русского жителя этого места Спиридона Томилова, священник Грозин 18 числа утром, отправился далее в ахор-шибирский (в переводе: сырой березняк) улус. Проезжая лесом, он встретил кучку бурят приносивших языческую жертву. Вколотивши 4 кола в землю, буряты положили на колья доски, сделавши из них подобие стола. Затем с языческими обрядами закололи барана, таким образом, что вынули из него сердце живым. После того мясо съели, а кости животного сожгли на этом столе. В прежние времена, говорят, кожу жертвенного животного, барана или кобылицы, с головой и ногами вешали на деревья, а мясо и кости сжигали, чтобы угодить своим богам. А теперь буряты стали расчетливее и в этом отношении умнее. Мясо и кожи животных оставляют себе, а сжигают одни кости. Подобные жертвы приносятся всеми бурятами язычниками.

В 2 часа пополудни Его Преосвященство, сопутствуемый заседателем и другими лицами, выехал из Тунки. У перевоза через Иркут архипастыря встретил крестьянин Федор Гаврилович Томилин и просил посетить его дом, лежащий на пути. Род Томиловых со времени выхода из Великороссии в эту страну для промыслов и торговли всегда слыл за самых лучших хозяев. Часто в неурожайные годы, как в сем году, они помогали бедным бурятам, научили их русскому сельскому хозяйству, внушали им лучшие понятия о трудолюбии, общежитии и прочем, что относится к их благосостоянию. Не оставляли Томиловы без внимания и духовных нужд бурят. Будучи религиозны, начитаны и знакомы с ламскими и шаманскими заблуждениями, Томиловы с успехом распространяли сведения о христианской вере между язычниками. Архипастырь обратил особенное внимание на деятельность Томиловых в содействии к распространению св. веры, одобрял и поощрял их в святом деле и во время поездок своих в тункинский край посещением их домов приносил утешение и архипастырское благословение. Его Высокопреосвященство посетил Томиловых и на этот раз. Первым на пути стоял дом Федора Гавриловича Томилова. Приехавшего архипастыря встретили во дворе с хлебом и солью и просили в дом откушать чаю. В углу комнаты, куда приглашенные пришли, замечено много старинных икон, у которых теплится лампада, во всем домашнем заметна простота и в разговорах и в обращении Томилова к архипастырю проявлялся дух искреннего усердия к св. церкви. Некоторые из спутников Его Преосвященства обратили внимание прочих на висевшую на стене грамоту Высокопреосвященнейшего Парфения архиепископа иркутского и нерчинского выданную Федору Гавриловичу Томилову с подписью и печатью Его Высокопреосвященства. В грамоте сказано, что Ф.Г. Томилов «своим усердием к святой церкви и содействием к распространению христианской веры между инородцами тункинского ведомства заслужил достойную благодарность духовного начальства», каковая и объявлена ему Томилову грамотой с преподанием архипастырского благословения 26 января 1867 года. Его Высокопреосвященство, немного пробыв здесь и преподавши благословение, посетил дом другого Томилова Алексея Спиридоновича, родственника первого, который тоже имеет благодарственную грамоту Его Высокопреосвященства, от 1867 года. С ним вместе живет его отец Спиридон Лаврентьевич Томилов, который имеет благодарность Святейшего Правительствующего Синода. В этой грамоте сказано следующее: «Святейший Правительствующий Синод, получил донесение преосвященного иркутского от 24 ноября 1869 года о весьма ревностном благоуспешном споспешествовании крестьянином тункинкого отдельного общества Спиридоном Томиловым миссионерам в деле распространения христианства в тункинском инородческом ведомстве и утверждения новокрещенных в истинах веры, преподает ему, Томилову, свое благословение (подписано: ) присутствующий член Святейшего Синода, Исидор, митрополит новгородский и с-петербургский. Спиридон Лаврентьевич предложил приезжим обеденный стол и в разговоре о миссионерском деле объяснил, что эта местность, куда Его Высокопреосвященство отправляется, как отдаленная и находящаяся под горами, очень доступна для лам, не только тункинского края, но и заграничных. Они тайно посещают бурят и внушают, что их бедность и неурожаи происходят от того, что они стали принимать крещение. Потому в здешних бурятах заметно больше невежества и бедности и ожесточения. Приезд забайкальского ширетуя произвел между бурятами, особенно ухор-шибирских улусов упорное ожесточение. Объяснение Спиридона Томилова пришлось поверить самим делом. Когда Его Высокопреосвященство с спутниками и миссионером, встретившим архипастыря у Томиловых, прибыли к улусам, где определено собраться для крещения тем, кто прежде изъявил желание креститься, то, к удивлению всех, никого там не найдено, радушной встречи или беседы ни в хозяинах юрт, ни в бывших там посторонних бурятах не показано, а напротив заметна была во всех какая-то холодность и угрюмость, как будто здесь живут дикие народы, не имевшие общения с остальным человечеством. В юрте, у которой остановились, хозяйка бурятка была не крещенная. Прежде когда-то она овдовела, а потом вышла за второго мужа крещенного и хозяина этой юрты звали по имени Агалбай (обожженная голова). Миссионер сказал ей: «вот ты теперь за крещенным мужем. Не захочешь ли и сама креститься?». Тогда она с великим ожесточением и крикливым голосом стала говорить, что не нужно ей креста, что она не желает крещения. Слыша разговоры миссионера с хозяйкой, она пришла в сильную ярость и стала отвергать саму мысль о принятии крещения, хотя этого никто ей не предлагал. Она указывала на свою бедность, что она и дети ее вот уже третий день сидят без хлеба. Миссионер сказал: от того-то вы и не можете выйти из бедности и горести, что в ожесточении против миссионерской беседы не принимаете и не можете принять истинного и успокаивающего утешения, заключающегося в св. вере с принятием которой вы бы просветились умом и сердцем к устранению тех препятствий, к улучшению вашего состояния, в котором находитесь. – «Хотя бы мне голову отрезали, я не хочу креститься», отвечала она. Так враг рода человеческого ожесточает их сердца, чтобы не принять Христовой благодати. Но благодать чудодейственна. Спустя не много времени с последней женщиной произошла удивительная перемена. Благодать Божья через уста миссионера видимо коснулась ее души. Та, которая голову обещала положить за язычество, сама пришла просить крестить ее, и не только ее, но и трех ее детей. Потребность духовного утешения в горести и бедности, безотрадное ее состояние в язычестве сильно на нее подействовали. Она чуть не со слезами жаловалась на безотрадность, но уже тихо и спокойно. В разуме о прошлом и в чем-то радостном в настоящем, она пошла и привела трех своих детей и с ними вместе приняла крещение. Много грустных дум рождается при виде бедности бурят этой местности. Может быть, как некоторые утверждают, и сама местность эта не так плодородна, как в других улусах. Но больше причин бедности в том, что эта местность киренскому дацану (т.е. дацану с оградой) и ламы крепче держат этих бурят в невежестве и страхе, обременяя их кроме того тайными поборами. От того-то, по наблюдению Томиловых и миссионера, бедность здесь более и более увеличивается между бурятами. Украшений на них не видно, а у других не достает и рубахи. Эти улусы по внешнему состоянию не могут сравниться с улусами коймарскими, где не смотря на неурожаи есть изобилие во многом. Обратимся к цели прибытия Его Высокопреосвященства к здешним улусам. К ближайшим юртам, где находились по сведениям миссионера изъявившие желание креститься, посланы были некоторые лица, объявить о приезде архипастыря. Исподволь стали приходить и приезжать к юртам и женщины с детьми и мужчины. Крещено только 13 душ – не много в сравнении с другими местностями. Двое еще крещено на возвратном пути, в доме Спиридона Лаврентьевича Томилова, который своими беседами подготовил их давно к принятию св. крещения и был им крестным отцом. – Всего 18 июля в Ахор-Шибирском улусе крещено 15 душ. Этим и закончилось путешествие Его Высокопреосвященства по улусам Коймарского стана.

Опубликовано 12 января 1885 года.

Поездка Парфения Архиепископа Иркутского в Тункинский край в месяце июле 1871 год. Часть 1.

Поездка Парфения Архиепископа Иркутского в Тункинский край в месяце июле 1871 год. Часть 2.

Поездка Парфения Архиепископа Иркутского в Тункинский край в месяце июле 1871 год. Часть 3.

Поездка Парфения Архиепископа Иркутского в Тункинский край в месяце июле 1871 год. Часть 5.

681

Видео

Нет Видео для отображения
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
.