От Батеней до Минусинска.

Давно уже я хотел лично познакомиться с дорогой в Минусинск по левой стороне Енисея, но как то не удавалось; наконец ныне я решился проехать по ней непременно. Разговорившись с ямщиками из Аешки об этой дороге и расспросив об ней в Батенях, я получил хорошие отзывы. Собранные сведения и желание узнать дорогу вполне расположили меня к этому пути. Опасения же заключались: в остановке из-за лошадей, дороговизне прогонов и более значительном расстоянии, чем по тракту.

В 2 часа дня я выехал из Батеней в д. Знаменскую. Первые четыре версты дорога идет по тракту, затем, своротив в право, она расходится с трактом под острым углом, по направлению к ЮЗ. Дорога все идет пологим подъемом от самих Батеней; крутых подъемов почти вовсе нет, и мы чуть не всю дорогу проехали рысью. Наконец проехав верст около 20, мы достигли перевала через горы, на которых есть стан пахарей; отсюда на запад представилась обширная панорама степей, с горами, кой-где поросшими березняком. Путь под гору тоже не очень крутой, и мы спустились по нему без тормоза, местами шагом и легкой рысцой; остальной путь по широкой долине, сухой и безводной, поросшей – хотя скудной, но питательной травой – кипцом и щеткой, как и все здешние степи. В 5ч. дня приехали в долину Знаменскую, сделав 30-ть верст в три часа по сухой и гладкой дороге, нисколько не уступающей тракту, а напротив лучше; в выигрыше у нас осталось то, что мы избежали громадного подъема и спуска через гору Унюк по пути в станцию Усть-Ербу.

Деревня Знаменская, — вполне степная деревня по здешнему понятию о степи; она расположена вдоль течения рч. Ербы, в обширной степи, окруженной голыми – изредка поросшими березняком – горами. Население ее 30 дворов; она недавно была заимкой, а теперь все растет от переселяющихся сюда сибиряков из старых деревень и со временем, кажется, будет большой деревней, особенно если через нее пройдет тракт. Деревня строится по плану, прямой линией с площадью по середине, имеющей 60 сажень по каждой ее стороне, чего для деревни совершенно довольно. Второе ее удобство то, что она расположена вдоль речки, чего также нет во многих новых деревнях, и особенно в некоторых казенных поселениях ссыльных, где один конец селения у воды, а другой версты за две от нее. Речка Ерба течет с З. на В. с северной стороны деревни, а по южную последней протекает ключ. Вода в рч. Течет быстро по мелкой гальке, светлая и здоровая. Через рч. Построен небольшой, но хороший мост, стоящий по словам жителей рублей сто, половина которых отдана плотникам, а остальное стоит лес. Пониже его, по правому берегу, идут канавы для орошения покосов, а на левом берегу – стоит кузница. Говорят, бывший исправник Нечаев останавливал на этом месте несколько партий новоселов – пермяков, но они не соглашались здесь селиться ни за что, ибо нет близко леса, да и пашни далеко. После этого жители заимки спросили его дозволения на основание деревни, получили разрешение, и теперь живут хорошо; а пермяки прозябают в местах подтаежных – в лесах, часто переезжая с места на место в поисках за медовыми реками и кисельными берегами. Жители все более состоятельные и дома свои перевезли со старины (из прежнего места жительства); но есть и новые и даже сейчас строится домов пять новых. Все дома пятистенные, глаголем и крестовые; избушек, вросших в землю, которых очень много стоит по московско-иркутскому тракту, — здесь нет ни одной; а между тем здесь самый ближний строевой лес в горах, верст за 30-ть, или его приплавляют сверху по Енисею и Тубе верст за 300, да с берега от села Усть-Ербинского возят верст 20-ть, и все таки живут в хороших домах; подтаежные же новоселы очень часто имеют по одной избе, как и трактовые жители, хотя у них лес сам просится в деревню. Знаменские обыватели рассуждают логично; они говорят, что «построиться нужно одинова на весь век, пашней заниматься половину года, а за скотом ходить нужно каждый день», и поэтому степь и покосы для них дороже пашни, пашня на втором плане, а строевой лес вдали; дров березовых довольно в ближних горах. Занятие жителей – скотоводство и хлебопашество; также не малую статью дохода составляют прогоны, ибо через деревню проходят дороги с тракта в Минусинск, Аскыс, Узунжул, Из Абаканска в Чебаки (резиденция Июсских приисков) и проч. прогонов. Они выезжают от одного Кузнецова до нескольких сот рублей в год; берут с рабочих, идущих обратно с приисков абаканских; с проезжающих обратно сплавщиков железа, хлеба, арбузов и пр.; кроме того, здесь ездят некоторые минусинские купцы и изредка обозы. Хлебопашество здесь не велико, ибо пашни по покатостям гор, около дубров и от 10 до 20 верст от деревни, да и там пахотных мест, говорят, не очень много; о степных же пашнях и не думают, а между тем совершенно сухая степь с редкой и низкой травой, с проводом воды канавами и орошением степи – превращается в мочаг и дает превосходное питательное сено, урожай которого нисколько не зависит уже от случайносте здешнего сухого климата и всегда бывает изобилен: такова сила влаги и плоды легкого труда орошения из здешних речек не имеющих высоких берегов.

Я лично знаю опыты орошения сухих степей под пашни по речке Бее и Аскысу в здешнем округе; — урожай пшеницы на таких сухих и потом орошенных степях был превосходен. Еще факт об орошении и урожае я узнал случайно по дороге далее: около деревни Потрошиловой по левому берегу реки Тубы, по левой стороне дороги в город попадались мне участки пашни с совершенно засохшим хлебом, торчала лишь редкая низкая солома с пустым маленьким колосом, который не стоило жать даже для соломы. Полосы эти брошены не жатыми. Рядом же с ними были участки неправильной формы, где оставалось одно жнитво, т.е. хлеб был сжат и убран. Такой вид пашни невольно заставил меня спросит ямщика о причине подобного явления и между нами произошел следующий разговор. – Ямщик, рассказал мне следующее: «у нас была засуха, да и кобылка много съела, а полосы то одни топило, а другие – нет; вот на топленных то хлеб в смошны-то года, а ноне все как то хуже: засухи частые, да кобылка обильно обиждает». – Отчего же не пускаете воду то, коли она дает урожай? – «А чомор их знает, чо они не пускают; што мне за дело? у меня здесь нету пашни, моя та вон там в горах», и при этом, ямщик ткнул рукой в небо, на правую сторону.

Скотоводство знаменцев хотя и не слишком велико (после бывшего падежа еще не все оправились), но все таки составляет, кажется, главное занятие их. Степи кругом деревни оканчиваются на горизонте горами с редким березняком, а там опять степи; поэтому развитию скотоводства ничего не мешает, кроме падежей, но и они не страшны, ибо бывают не часто, — через несколько десятков лет. Население же степи редко и пастухи один другому не мешают.

По дороге от дер. Знаменской до Бородиной ровные, степные места то и дело сменяются отлогими горами. В степи курганы, из которых по пути два громадных кургана находятся на 7-й версте от деревни, вправо от дороги. Вся дорога (в 30 верст) между этими деревнями сухая сухая и гладкая, без крутиков; около же рч. Теси есть небольшая гать; первые 14 верст почти совсем прямо. В Бородиной 40 дворов, и о ней можно сказать почти тоже, что и о Знаменке: жители в ней такие же и тем же занимаются. Зимний путь из Знаменки только до покосов по Тесе, а из Бородиной до пашен, через гору верст на 10; так что верст 10 дороги вовсе нет, и из Знаменки в Бородину зимой не ездят, но здесь снег мелкий, всего в четверть аршина и редко более, хотя бездорожицы и не бывает. Следовательно, если крестьяне будут проезжать зимой это расстояние хоть раз в неделю, то и зимний путь будет хорош для проезда.

От Бородиной путь идет прямо на юг. Вправо верстах в пяти по рч. Коксу лежит татарский улус и мельница. От речки на гору «Красный камень» пологий подъем идет до 13-й в., по которому почти сплошь можно ехать рысью. На 14-й в. длинный лог; переезд через него тоже нельзя назвать крутым. Далее до 23-й в. дорога лежит частью по возвышенной равнине, частью через небольшие холмы, но все более под гору с пологой покатостью, до устья рч. Бичи, впадающей в протоку Енисея с левой стороны. Переехав Бичу или Бижу, текущую по высохшей теперь протоке, — две версты ехали мы по острову, до перевоза через Енисей. От перевоза до деревни Потрошиловой еще две версты, а всего от Бородиной 29 верст. Ямщик говорил мне, что из Знаменки можно проехать в Потрошилову прямо без дороги и тогда путь сократится еще верст на 7-м, а Бородина останется в стороне вправо. Выше перевоза Енисей проходит между горой Суханкиной с правой стороны, а по левой между им рч. Бичей протянулась гора Куня. Ниже Потрошиловой в 2-х верстах выпадает река Туба. Против устья Тубы на левой стороне Енисея стоят утесы Огмакты; а между ней и столь же громадным Тепсеем проходит Енисей на север. На перевозе Енисей имеет ширины от 200-300 саженей и течет довольно быстро: при переправе сносит сажень на 100. Для переправы существуют два парома и несколько лодок; паромы, маленькие на двух лодках, поднимают по 4 воза с лошадьми и до 10 человек с перевозчиками. Весной же в разлив воды здесь три перевоза: 1-й через Бичинскую протоку, 2-й через Матеру т.е. теперешний и 3-й через Потрошиловскую протоку у самой деревни. Половодье продолжается месяца два, но в Потрошиловской протоке паромы ходят иногда до августа. На перевозе мы застали обоз более 30-ти подвод, идущий в Минусинск через л. Копены, т.е. своротив с тракта верстах в 80 до города во избежание лишних перевозов. Жители Потрошиловой говорят, что число обозов и проезжающих через их деревню год от года все увеличивается; но через Знаменку и Бородину обозы идкт редко, боясь переплачивать 5 или 7 коп. на пул овса. Зимой обозы идут и едут на вольных прогонах рекой Енисеем, сворачивая со станции Корелки через Светлолобову на д. Янову.

Из Потрошиловой дорога идет степью до бора, потом версты две бором и пашнями, далее с версту в гору по песчаной дороге. С 5 до 10-й в. пологий подъем в гору по широкой долине между горами Моисеевой и Суханкиной, по которому, за малыми исключениями, поднимаются рысью. Но 10-й в. влево от дороги по горной равнине много курганов и один большой у самой дороги; в середине его яма обросшая кустами черемухи. На 14 версте начинается подъем в гору, местами крутой, до вершины перевала. С горы открываются обширные степные виды во все стороны. Всего от деревни до вершины горы считают 15-ть верст; остальной путь 12 в. все под гору до самого города. Зимой из Потрошиловой в город ездят Енисеем, что составляет 40 в. гладкого пути по льду.

По этой новой дороге уже несколько лет проезжают иногда высшие губернские власти, по ней прошел землемер от Батеней до города, измерив расстояние и поставив верстовые столбы от Знаменки до Потрошиловой; ждали перемены тракта, но говорят, что будто бы этой перемены не будет, ибо не считают ее выгодной. Сделаем маленькое сравнение между новой дорогой и старым трактом.

Расстояние от Батеней до Минусинска.

По почтовому тракту:

От Батеней до Усть-Ербы – 36 в.

От Усть-Ербы до Абаканска – 28 в.

От Абаканска до Туранской – 25 верст

От Туранской до Городка – 24 в.

От Городка до Минусинска – 25 в.

5 станков – всего – 138 в.

По новой дороге:

От Батеней до Знаменки – 30 в.

От Знаменки до Бородиной – 30 в.

От Бородиной до Потрошиловой – 29 в.

От Потрошиловой до Городка – 27 в.

4 станка – всего – 116 в.

Следовательно новая дорога короче тракта на 22 версты; затем по тракту нужно переплывать две речки, а здесь одну, и притом в Абаканске Енисей шире от слияния с Тубой, там все лето три перевоза, а здесь один. Кроме того, трактовая дорога очень гориста и по ней много копаней в горах и мостов, которые стоили большого труда и денег при их постройке, да и теперь их тяжело ложится на крестьян. По новой дороге подъемы на горы везде пологие, косогоров нет и всего один мост через Ербу. По всему этому пути потребовалось только три сооружения: мост через Ербу у Знаменки, несколько десятков саженей гати около рч. Теси: и 3-е, разбросанные камни в русле рч. Коксы при переезде через нее: вот весь труд на расстоянии 116 верст! Перенесение же тракта по этому направлению будет стоить следующих капитальных издержек: надобно сравнять немного косой перевал из Батеней в Знаменку, чтоб не могли опрокинуться громоздкие экипажи при быстрой езде. Подъем сделать долиной, вправо от горы Унюка, мимо заимок, где хоть и будет версты две три больше против прямого направления, но зато не встретится ни одного взлобка, ни холма. Сравнять такой же перевал из Знаменки в Бородину и саженей 100 гати около рч. Теси. Сравнять кое где крутики или, если можно, обойти их при перевале Потрошиловских гор. Из Боролиной в потрошилову земляных работ никаких не нужно. Построить 4 моста: через ключ у Знаменки через Тесь, Коксу и Толчею, а через Ербу уже есть. Стоимость постройки их будет не дороже Ербинского моста, если не дешевле, ибо речки меньше Ербы и уже между их берегами. Мосты нужны весной во время таяния накипей и их разлива; ибо степные речки зимой все кипят, т.е. промерзают до дна и вода идет поверх люда, где опять замерзает и идет поверху и т.д. до смой весны; весной же вода прорывает лед до земли и мдет между крутыми ледяными берегами в сажень и более вышины, почему и переезд через них почти невозможен, и тогда приходится долго искать пологих берегов для переезда. Постановка вех и верховых столбов: вехи лучше ставить из живого леса, пригодного для роста в степи, наприм. боярки, крушины и березы на сухих местах, и тополя на низких. Я не говорю о расчистке тракта с канавами, ямами для стока воды и проч., потому что эти украшения пути здесь не нужны, да – и по тракту от Ачинска до Минусинска они на половину тоже не нужны, ибо остаются в стороне от дороги, заросши травой; а между тем они стоили громадного труда. Для степных пустых пространств никаких шоссе, ни канав не нужно; здесь природное шоссе по всем степям; если дорога изобьется – едут рядом с ней также хорошо, как и по ней; если сделается грязь, тоже едут стороной: по степи всегда сухо и всегда гладко, поправлять нечего, поэтому настоящая статья уничтожает саму капитальную постройку тракта. Перенести этапы: из Ербы в Знаменку 20 в., из Бузиновой в Бородину 30 в. и из Городка в Потрошилову 10 в., а Абаканский этап и его содержание останутся в барышах. Перенести содержателей почтовых станций, причем содержание одной станции останется в экономии, ибо она выбросится (22 в.) Казенных же станционных построек по этому тракту нет. Следовательно эти две статьи будут служить доходом, а не составлять расходной статьи. Устроить большие паромы на Енисее в Потрошиловой или перенести их из Абаканска. Опасения мои в остановке из-за лошадей и в дороговизне прогонов были напрасны; В Знаменке и Потрошиловой лошади нашлись даже скорее, чем в Батенях и Аешке, прогоны тоже нисколько не дороже трактовых; из Батеней до Минусинска за 116 верст за пару лошадей с экипажем я заплатил 4 рубля 30 к. с перевозом через Енисей, и ниже этой цены не ехал нигде от Томска через Ачинск до Батеней. Поэтому смело советую всякому проезжающему – ехать этой дорогой лишь с одним условием, чтоб на перевозе быть днем, а то ночью могут и не перевезти, ибо перевоз здесь частный и без таксы, а не казенный; но за переправу берут ничуть не дороже, как и на казенных; наприм. стоявший обоз за переправу вперед и обратно заплатил по 60 коп. с воза, а налегке с каждой лошади в запряжке платит по 15 или 20 коп.; в Абаканске же платят за перевоз чуть не в двое, да еще нужно заплатить на Тубе. Да если бы здесь и взяли за перевоз в проезд дороже, то все-таки будет выигрышь во времени, часа четыре.

Опубликовано 13 марта 1877 года.

713

Видео

Нет Видео для отображения
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
.